И
тогда
достопочтенный Упали подошёл к Благословенному, поклонился ему,
сел рядом и сказал: «Уважаемый, я хотел бы затвориться в удалённых
обиталищах в лесах и рощах».
«Трудно
вынести [затворничество] в удалённых обиталищах в лесах и рощах,
Упали. Затворничество трудно осуществлять и трудно наслаждаться
им. Лес крадёт ум уединённого монаха, который не достигает сосредоточения.
Можно ожидать в случае того, кто говорит: «Я не достигаю сосредоточения,
но всё же затворюсь в в удалённых обиталищах в лесах и рощах»,
что либо он утонет, либо его снесёт1.
Представь,
Упали, большое озеро, и мимо проходил бы огромный слон размером
в семь или восемь локтей. Он бы подумал: «Что, если я войду
в это озеро и, играясь, вымою свои уши и шею? Я помоюсь, попью,
выйду и отправлюсь куда пожелаю». И тогда он вошёл бы в озеро
и, играясь, вымыл бы свои уши и шею. Затем он бы помылся, попил,
вышел и отправился бы куда пожелал. И почему [он смог так сделать]?
Потому что его большое тело находит опору в глубинах [озера].
А
затем мимо пробегал бы заяц или кот. Он бы подумал: «Чем же
я хуже слона? Я войду в это озеро, и, играясь, вымою свои уши
и шею. Я помоюсь, попью, выйду и отправлюсь куда пожелаю». И
затем, не обдумав, он поспешно вошёл бы в глубокое озеро. И
можно ожидать, что либо он утонет, либо его снесёт. И почему?
Потому что его маленькое тело не находит опоры в глубинах.
Точно
так же, можно ожидать в случае того, кто говорит: «Я не достигаю
сосредоточения, но всё же затворюсь в в удалённых обиталищах
в лесах и рощах», что либо он утонет, либо его снесёт.
Представь,
Упали, как если бы маленький мальчик, младенец, лежащий на спине,
игрался бы со своими собственными испражнениями и мочой. Как
ты думаешь, не было бы это всецело глупым видом развлечения?»
«Так
оно, уважаемый».
«Через
какое-то время, когда этот малыш бы подрос и созрел в своих
способностях, он бы играл в игры, типичные для мальчиков: игры
с игрушечными плугами, игры в палки, кувырки, игры с ветряными
колёсами, игры с мерами из листьев, игры с игрушечными колесницами,
игры с игрушечными луками. Как ты думаешь, не было бы это развлечение
куда более превосходным и возвышенным, нежели предыдущее?»
«Так
оно, уважаемый».
«И
ещё через какое-то время, по мере того, как этот мальчик продолжал
бы взрослеть и ещё больше созревать в своих способностях, он
наслаждался бы собой, обладающий и наделённый пятью нитями чувственных
удовольствий: формами, познаваемыми глазом – желанными, желаемыми,
приятными, привлекательными, связанными с чувственным желанием,
вызывающими страсть; звуками… запахами… вкусами… осязаемыми
вещами, познаваемыми телом – желанными, желаемыми, приятными,
привлекательными, связанными с чувственным желанием, вызывающими
страсть. Как ты думаешь, не было бы это развлечение куда более
превосходным и возвышенным, нежели предыдущее?»
«Так
оно, уважаемый».
«И
вот, Упали, в мире возникает Татхагата – тот, кто достиг совершенства,
полностью просветлённый, совершенный в истинном знании и поведении,
счастливейший, знаток миров, непревзойдённый вождь тех, кто
должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый,
благословенный. Постигнув посредством прямого знания этот мир
с его дэвами, Марами, Брахмами, и это поколение с его жрецами
и отшельниками, князьями и [простыми] людьми, он провозглашает
им [Дхамму]. Он обучает [их] Дхамме – прекрасной в начале, прекрасной
в середине и прекрасной в конце – правильной в значениях и формулировках.
Он раскрывает святую жизнь, всецело совершенную и чистую.
Домохозяин
или сын домохозяина, или некто, рождённый в каком-либо другом
клане, слышит эту Дхамму. Услышав Дхамму, он обретает веру в
Татхагату. Обладая верой, он размышляет: «Домохозяйская жизнь
– тесная и пыльная. Бездомная жизнь подобна бескрайним просторам.
Непросто, проживая дома, вести святую жизнь – всецело чистую
и совершенную, словно отполированная морская раковина. Что,
если я, обрив волосы и бороду и надев жёлтые одежды, оставлю
домохозяйскую жизнь ради жизни бездомной?»
Так
через некоторое время он оставляет всё своё богатство – большое
или малое. Оставляет круг своих родных – большой или малый.
Обривает волосы и бороду, надевает жёлтые одежды и оставляет
домохозяйскую жизнь ради бездомной.
Нравственность
Когда он ушёл в бездомную жизнь, наделённый монашеской тренировкой
и образом жизни, отбрасывая убийство живых существ, он воздерживается
от убийства живых существ, откинув дубину, откинув оружие, –
он овоздерживается от нанесения вреда семенам и растениям. Он
практикует принятие пищи один раз в день, воздерживаясь от еды
ночью и вне надлежащего времени [днём]. Он воздерживается от
танцев, пения, музыки и зрелищ. Он воздерживается от ношения
гирлянд и использования ароматов и мазей. Он воздерживается
от высоких и больших кроватей. Он воздерживается от принятия
золота и серебра. Он воздерживается от принятия сырого зерна…
сырого мяса… женщин и девушек… рабов и рабынь… овец и коз… птиц
и свиней… слонов, коров, жеребцов и кобыл… полей и земель. Он
воздерживается от взятия на себя обязанности посыльного… от
покупки и продажи… от жульничества на весах, в металлах и мерах…
от взяточничества, обмана и мошенничества. Он воздерживается
от нанесения увечий, убийств, пленения, разбоя, грабежа и насилия.
Он довольствуется одеяниями для защиты своего тела и едой с
подаяний для утоления голода. Подобно птице, у которой, куда
бы она ни отправилась, крылья – её единственный груз, точно
так же и монах довольствуется одеяниями для защиты своего тела
и едой с подаяний для утоления голода. Куда бы онни отправился,
он берёт с собой лишь только это.
Наделённый
этой совокупностью благородной нравственности, в себе он ощущает
блаженство от безукоризненности.
Сдержанность чувств
Видя форму глазом, он не цепляется за её образ и черты. Ведь
если бы он оставлял способность глаза неохраняемой, плохие,
неблагие состояния алчности и грусти могли бы наводнить его.
Он практикует путь сдерживания, он охраняет способность глаза,
он предпринимает сдерживание способности глаза. Слыша звук ухом…
Обоняя запах носом… Пробуя вкус языком… Касаясь осязаемой вещи
телом… Познавая умственный феномен умом, он не цепляется за
его образ и черты. Ведь если бы он оставлял способность ума
неохраняемой, плохие, неблагие состояния алчности и грусти могли
бы наводнить его. Он практикует путь сдерживания, он охраняет
способность ума, он предпринимает сдерживание способности ума.
Наделённый
этой благородной сдержанностью способностей [органов чувств],
он внутренне ощущает блаженство от безукоризненности.
Осознанность и бдительность
Он становится тем, кто действует с бдительностью, когда идёт
вперёд и возвращается; кто действует с бдительностью, когда
смотрит вперёд и в сторону… когда сгибает и разгибает свои члены
тела… когда несёт одеяния, внешнее одеяние, чашу… когда ест,
пьёт, жуёт, пробует… когда мочится и испражняется… когда идёт,
стоит, сидит, засыпает, просыпается, разговаривает и молчит.
Оставление помех
Наделённый этой совокупностью благородной нравственности, этой
благородной сдержанностью способностей [органов чувств], этой
благородной осознанностью и бдительностью, он затворяется в
удалённом обиталище: в лесу, у подножия дерева, на горе, в ущелье,
в пещере на склоне холма, на кладбище, в джунглях, на открытой
местности, у стога соломы. После принятия пищи, вернувшись с
хождения за подаяниями, он садится со скрещёнными ногами, держит
тело выпрямленным, устанавливает осознанность впереди. Оставляя
алчность к миру, он пребывает с умом, свободным от алчности.
Он очищает ум от алчности.
Оставляя
недоброжелательность и злость, он пребывает с умом, свободным
от недоброжелательности, сострадательный ко всем живым существам.
Он очищает ум от недоброжелательности и злости. Оставляя лень
и апатию, он пребывает свободным от лени и апатии – осознанным,
бдительным, воспринимая свет. Он очищает свой ум от лени и апатии.
Отбрасывая неугомонность и сожаление, он пребывает невзволнованным,
с внутренне умиротворённым умом. Он очищает ум от неугомонности
и сожаления. Отбрасывая сомнение, он пребывает, выйдя за пределы
сомнения, не имея замешательства в отношении [понимания] благих
[умственных] состояний. Он очищает свой ум от сомнения.
Джханы и бесформенные сферы
(1) Оставив эти пять помех — изъянов ума, что ослабляют мудрость,
будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым
от неблагих состояний [ума], он входит [в первую джхану] и пребывает
в первой джхане, которая сопровождается направлением [ума на
объект медитации] и удержанием [на нём], с восторгом и удовольствием,
что возникли из-за [этой] отстранённости. Как ты думаешь, не
было бы это пребывание куда более превосходным и возвышенным,
чем те, что предшествовали ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели2.
(2)
Далее, Упали, с угасанием направления и удержания он входит
[во вторую джхану] и пребывает во второй джхане, в которой наличествуют
уверенность в себе и единение ума, в которой нет направления
и удержания, но есть восторг и удовольствие, что возникли посредством
сосредоточения. Как ты думаешь, не было бы это пребывание куда
более превосходным и возвышенным, чем те, что предшествовали
ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(3)
Далее, Упали, с угасанием восторга он пребывает невозмутимым,
осознанным, бдительным, всё ещё ощущая приятное телом. Он входит
[в третью джхану] и пребывает в третьей джхане, о которой Благородные
говорят так: „Он невозмутим, осознан, находится в приятном пребывании“.
Как ты думаешь, не было бы это пребывание куда более превосходным
и возвышенным, чем те, что предшествовали ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(4)
Далее, Упали, с оставлением удовольствия и боли, равно как и
с предыдущим угасанием радости и грусти, монах входит [в четвёртую
джхану] и пребывает в четвёртой джхане, которая является ни-приятной-ниболезненной,
характеризуется чистейшей осознанностью из-за невозмутимости.
Как ты думаешь, не было бы это пребывание куда более превосходным
и возвышенным, чем те, что предшествовали ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(5)
Далее, Упали, с полным преодолением восприятий форм, с исчезновением
восприятий, вызываемых органами чувств, не обращающий внимания
на восприятия множественного, осознавая: „Пространство безгранично“,
он входит в сферу безграничного пространства и пребывает в ней.
Как ты думаешь, не было бы это пребывание куда более превосходным
и возвышенным, чем те, что предшествовали ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(6)
Далее, Упали, c полным преодолением сферы безграничного пространства,
осознавая: „Сознание безгранично“, он входит в сферу безграничного
сознания и пребывает в ней. Как ты думаешь, не было бы это пребывание
куда более превосходным и возвышенным, чем те, что предшествовали
ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(7)
Далее, Упали, c полным преодолением сферы безграничного сознания,
осознавая: „Здесь ничего нет“, он входит в сферу отсутствия
всего и пребывает в ней. Как ты думаешь, не было бы это пребывание
куда более превосходным и возвышенным, чем те, что предшествовали
ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(8)
Далее, Упали, с полным преодолением сферы отсутствия всего,
осознавая: „Это умиротворённое, это возвышенное“, он входит
в сферу ни-восприятияни-не-восприятия и пребывает в ней. Как
ты думаешь, не было бы это пребывание куда более превосходным
и возвышенным, чем те, что предшествовали ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. Но они ещё
не достигли своей цели.
(9)
Далее, Упали, с полным преодолением сферы ни-восприятия-ни-не-восприятия
он входит в прекращение восприятия и чувствования и пребывает
в нём. (10) И, [когда он] увидел [это] мудростью, его пятна
[загрязнений ума] были всецело уничтожены3.
Как ты думаешь, не было бы это пребывание куда более превосходным
и возвышенным, чем те, что предшествовали ему?»
«Так оно,
уважаемый».
«Именно
когда они видят также и это качество в них самих, мои ученики
затворяются в удалённых обиталищах в лесах и рощах. И они пребывают,
достигнув своей цели.
Ну
же, Упали, пребывай в Сангхе. По мере пребывания в Сангхе ты
будешь чувствовать себя в облегчении».
|