| [Благословенный
сказал]: «Монахи, эти семь восприятий, будучи развитыми и взращёнными,
приносят великий плод и пользу, завершаются в бессмертном и имеют
бессмертное своим завершением. Какие семь?
* восприятие непривлекательности;
*
восприятие смерти;
*
восприятие отвратительности еды;
*
восприятие неудовлетворённости целым миром;
*
восприятие непостоянства;
*
восприятие страдания в непостоянном;
*
восприятие безличности в страдании.
Эти семь восприятий, будучи развитыми и взращёнными, приносят
великий плод и пользу, завершаются в бессмертном и имеют бессмертное
своим завершением.
(1)
Так было сказано: «Восприятие непривлекательности, монахи, будучи
развитым и взращённым, приносит великий плод и пользу, завершается
в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением». Почему
так было сказано?
Когда
монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию непривлекательности,
его ум избегает [темы] половых сношений, отворачивается от этого,
откатывается от этого и не тянется к этому. И либо невозмутимость,
либо отвращение утверждаются в нём [в отношении этой темы].
Подобно тому, как петушиное перо или кусок сухожилия, брошенные
в огонь, отворачиваются от него, откатываются от него и не тянутся
к нему, точно так же [происходит] и с [мыслями на тему] половых
сношений, когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
непривлекательности.
Если,
когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
непривлекательности, его ум склоняется к [теме] половых сношений
или же если он не избегает этого1,
ему следует осознавать: «Я не развил восприятие непривлекательности.
Нет отличия между моим прежним состоянием и состоянием нынешним.
Я не достиг плода развития». Так он чётко понимает это. Но если,
когда он часто пребывает с умом, приученным к восприятию непривлекательности,
его ум избегает [темы] половых сношений, отворачивается от этого,
откатывается от этого и не тянется к этому; и либо невозмутимость,
либо отвращение утверждаются в нём [в отношении этой темы],
то ему следует осознавать: «Я развил восприятие непривлекательности.
Существует разница между моим прежним состоянием и состоянием
нынешним. Я достиг плода развития». Так он чётко понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие непривлекательности... завершается
в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением» – то вот
почему так было сказано.
(2) Так
было сказано: «Восприятие смерти, монахи, будучи развитым
и взращённым, приносит великий плод и пользу, завершается в
бессмертном и имеет бессмертное своим завершением». Почему
так было сказано?
Когда монах
часто пребывает с умом, приученным к восприятию смерти, его
ум избегает привязанности к жизни, отворачивается от этого,
откатывается от этого и не тянется к этому. И либо невозмутимость,
либо отвращение утверждаются в нём [в отношении этого]. Подобно
тому, как петушиное перо или кусок сухожилия, брошенные в огонь,
отворачиваются от него, откатываются от него и не тянутся к
нему, точно так же [происходит] и с привязанностью к жизни,
когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
смерти.
Если,
когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
смерти, его ум склоняется к привязанности к жизни или же если
он не избегает этого, ему следует осознавать: «Я не развил восприятие
смерти. Нет отличия между моим прежним состоянием и состоянием
нынешним. Я не достиг плода развития». Так он чётко понимает
это. Но если, когда он часто пребывает с умом, приученным к
восприятию смерти, его ум избегает привязанности к жизни, отворачивается
от этого, откатывается от этого и не тянется к этому; и либо
невозмутимость, либо отвращение утверждаются в нём [в отношении
этого], то ему следует осознавать: «Я развил восприятие смерти.
Существует разница между моим прежним состоянием и состоянием
нынешним. Я достиг плода развития». Так он чётко понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие смерти... завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением» – то вот почему так было
сказано.
(3) Так
было сказано: «Восприятие отвратительности еды, монахи,
будучи развитым и взращённым, приносит великий плод и пользу,
завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением».
Почему так было сказано?
Когда монах
часто пребывает с умом, приученным к восприятию отвратительности
еды, его ум избегает жажды ко вкусам, отворачивается от этого,
откатывается от этого и не тянется к этому. И либо невозмутимость,
либо отвращение утверждаются в нём [в отношении этого]. Подобно
тому, как петушиное перо или кусок сухожилия, брошенные в огонь,
отворачиваются от него, откатываются от него и не тянутся к
нему, точно так же [происходит] и с жаждой ко вкусам, когда
монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию отвратительности
еды.
Если,
когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
отвратительности еды, его ум склоняется к жажде ко вкусам или
же если он не избегает этого, ему следует осознавать: «Я не
развил восприятие отвратительности еды. Нет отличия между моим
прежним состоянием и состоянием нынешним. Я не достиг плода
развития». Так он чётко понимает это. Но если, когда он часто
пребывает с умом, приученным к восприятию отвратительности еды,
его ум избегает жажды ко вкусам, отворачивается от этого, откатывается
от этого и не тянется к этому; и либо невозмутимость, либо отвращение
утверждаются в нём [в отношении этого], то ему следует осознавать:
«Я развил восприятие отвратительности еды. Существует разница
между моим прежним состоянием и состоянием нынешним. Я достиг
плода развития». Так он чётко понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие отвратительности еды... завершается
в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением» – то вот
почему так было сказано.
(4) Так
было сказано: «Восприятие неудовлетворённости целым миром, монахи,
будучи развитым и взращённым, приносит великий плод и пользу,
завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением».
Почему так было сказано?
Когда монах
часто пребывает с умом, приученным к восприятию неудовлетворённости целым миром, его ум избегает мирских красивых вещей, отворачивается
от этого, откатывается от этого и не тянется к этому. И либо
невозмутимость, либо отвращение утверждаются в нём [в отношении
этого]. Подобно тому, как петушиное перо или кусок сухожилия,
брошенные в огонь, отворачиваются от него, откатываются от него и не тянутся к нему, точно так же [происходит и с влечением]
к мирским красивым вещам, когда монах часто пребывает с умом,
приученным к восприятию неудовлетворённости целым миром.
Если, когда
монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию неудовлетворённости целым миром, его ум склоняется к мирским красивым вещам, или
же если он не избегает этого, ему следует осознавать: «Я
не развил восприятие неудовлетворённости целым миром. Нет отличия
между моим прежним состоянием и состоянием нынешним. Я не достиг
плода развития». Так он чётко понимает это. Но если, когда
он часто пребывает с умом, приученным к восприятию неудовлетворённости целым миром, его ум избегает мирских красивых вещей, отворачивается
от этого, откатывается от этого и не тянется к этому; и либо
невозмутимость, либо отвращение утверждаются в нём [в отношении
этого], то ему следует осознавать: «Я развил восприятие
неудовлетворённости целым миром. Существует разница между моим прежним
состоянием и состоянием нынешним. Я достиг плода развития».
Так он чётко понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие неудовлетворённости целым миром... завершается
в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением» – то вот
почему так было сказано.
(5) Так
было сказано: «Восприятие непостоянства, монахи, будучи
развитым и взращённым, приносит великий плод и пользу, завершается
в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением».
Почему так было сказано?
Когда
монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию непостоянства,
его ум избегает обретений, славы и похвалы, отворачивается от
этого, откатывается от этого и не тянется к этому. И либо невозмутимость,
либо отвращение утверждаются в нём [в отношении этого]. Подобно
тому, как петушиное перо или кусок сухожилия, брошенные в огонь,
отворачиваются от него, откатываются от него и не тянутся к
нему, точно так же [происходит] и с [желанием] обретений, славы
и похвалы, когда монах часто пребывает с умом, приученным к
восприятию непостоянства.
Если,
когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
непостоянства, его ум склоняется к обретениям, славе и похвале,
или же если он не избегает этого, ему следует осознавать: «Я
не развил восприятие непостоянства. Нет отличия между моим прежним
состоянием и состоянием нынешним. Я не достиг плода развития».
Так он чётко понимает это. Но если, когда он часто пребывает
с умом, приученным к восприятию непостоянства, его ум избегает
обретений, славы и похвалы, отворачивается от этого, откатывается
от этого и не тянется к этому; и либо невозмутимость, либо отвращение
утверждаются в нём [в отношении этого], то ему следует осознавать:
«Я развил восприятие непостоянства. Существует разница между
моим прежним состоянием и состоянием нынешним. Я достиг плода
развития». Так он чётко понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие непостоянства... завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением» – то вот почему так было
сказано.
(6) Так
было сказано: «Восприятие страдания в непостоянном,
монахи, будучи развитым и взращённым, приносит великий плод
и пользу, завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим
завершением». Почему так было сказано?
Когда монах
часто пребывает с умом, приученным к восприятию страдания
в непостоянном, острое восприятие опасности утверждается в нём
в отношении бездельничанья, лени, расслабленности, беспечности,
отсутствия усердия, легкомыслия, подобно [восприятию опасности]
убийцы с мечом наготове.
Если, когда
монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию страдания
в непостоянном, острое восприятие опасности не утверждается
в нём в отношении бездельничанья… с мечом наготове, то ему
следует осознавать: «Я не развил восприятие страдания
в непостоянном. Нет отличия между моим прежним состоянием и
состоянием нынешним. Я не достиг плода развития». Так он чётко понимает это. Но если, когда он часто пребывает с умом,
приученным к восприятию страдания в непостоянном, острое
восприятие опасности утверждается в нём в отношении бездельничанья…
с мечом наготове – то ему следует осознавать: «Я развил
восприятие страдания в непостоянном. Существует разница
между моим прежним состоянием и состоянием нынешним. Я достиг
плода развития». Так он чётко понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие страдания в непостоянном...
завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением»
– то вот почему так было сказано.
(7) Так
было сказано: «Восприятие безличностности в страдании,
монахи, будучи развитым и взращённым, приносит великий плод
и пользу, завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим
завершением». Почему так было сказано?
Когда
монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию безличностности
в страдании, его ум лишён «сотворения я» и «сотворения моего»,
а также самомнения в отношении этого сознающего тела и всех
внешних объектов. Он преодолел разграничения, он умиротворённый
и хорошо освобождённый.
Если,
когда монах часто пребывает с умом, приученным к восприятию
безличностности в страдании, его ум не лишён «сотворения я»
и «сотворения моего», а также самомнения в отношении этого сознающего
тела и всех внешних объектов, и если он не преодолел разграничения,
не стал умиротворённым и хорошо освобождённым, то ему следует
осознавать: «Я не развил восприятие безличностности в страдании.
Нет отличия между моим прежним состоянием и состоянием нынешним.
Я не достиг плода развития». Так он чётко понимает это. Но если,
когда он часто пребывает с умом, приученным к восприятию безличностности
в страдании, его ум лишён «сотворения я»… и хорошо освобождённый
– то ему следует осознавать: «Я развил восприятие безличностности
в страдании. Существует разница между моим прежним состоянием
и состоянием нынешним. Я достиг плода развития». Так он чётко
понимает это.
Когда так
было сказано: «Восприятие безличностности в страдании...
завершается в бессмертном и имеет бессмертное своим завершением»
– то вот почему так было сказано.
Эти семь
восприятий, монахи, будучи развитыми и взращёнными, приносят
великий плод и пользу, завершаются в бессмертном и имеют бессмертное
своим завершением».
|