| И
тогда некий монах подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел
рядом и сказал: «Уважаемый, почему в хорошо обученном благородном
ученике не возникает сомнения в отношении необъявленного [Благословенным]?»1
«С
прекращением воззрений, монах, сомнение не возникает у хорошо
обученного благородного ученика в отношении необъявленного.
(1)
«Татхагата существует после смерти» – это вовлечённость в воззрения.
«Татхагата не существует после смерти» – это вовлечённость в
воззрения. «Татхагата и существует и не существует после смерти»
– это вовлечённость в воззрения. «Татхагата ни существует, ни
не существует после смерти» – это вовлечённость в воззрения2.
Монах,
необученный заурядный человек не понимает воззрений, их происхождения,
их прекращения и пути, ведущего к их прекращению. У него это
воззрение возрастает. Он не освобождён от рождения, старости
и смерти, от печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Он не
освобождён от страданий, я говорю тебе.
Но
хорошо обученный благородный ученик понимает воззрения, их происхождение,
их прекращение и путь, ведущий к их прекращению. У него это
воззрение прекращается. Он освобождён от рождения... освобождён
от страданий, я говорю тебе.
Зная
так, видя так, хорошо обученный благородный ученик не утверждает:
«Татхагата существует после смерти»... «Татхагата ни существует,
ни не существует после смерти». Зная так, видя так, хорошо обученный
благородный ученик не делает утверждений в отношении необъявленного.
Зная
так, монах, видя так, хорошо обученный благородный ученик не
трепещет, не шатается, не колеблется и не становится напуганным
в отношении необъявленного3.
(2) «Татхагата существует после смерти» – это вовлечённость в
жажду...
(3) «Татхагата существует после смерти» – это вовлечённость в
восприятие...
(4) «Татхагата существует после смерти» – это вовлечённость в
нечто измышляемое4...
(5) «Татхагата
существует после смерти» – это разрастание...
(6) «Татхагата
существует после смерти» – это вовлечённость в цепляние...
(7) «Татхагата существует после смерти» – это [основа] для сожаления.
«Татхагата не существует после смерти» – это [основа] для сожаления.
«Татхагата и существует и не существует после смерти» – это [основа]
для сожаления. «Татхагата ни существует, ни не существует после
смерти» – это [основа] для сожаления.
Монах,
необученный заурядный человек не понимает сожаления, его происхождения,
его прекращения и пути, ведущего к его прекращению. У него это
сожаление возрастает. Он не освобождён от рождения, старости
и смерти, от печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Он не
освобождён от страданий, я говорю тебе.
Но
хорошо обученный благородный ученик понимает сожаление, его
происхождение, его прекращение и путь, ведущий к его прекращению.
У него это сожаление прекращается. Он освобождён от рождения...
освобождён от страданий, я говорю тебе.
Зная
так, видя так, хорошо обученный благородный ученик не утверждает:
«Татхагата существует после смерти»... «Татхагата ни существует,
ни не существует после смерти». Зная так, видя так, хорошо обученный
благородный ученик не делает утверждений в отношении необъявленного.
Зная
так, монах, видя так, хорошо обученный благородный ученик не
трепещет, не шатается, не колеблется и не становится напуганным
в отношении необъявленного.
Монах,
вот почему в хорошо обученном благородном ученике не возникает
сомнения в отношении необъявленного».
|