Я
помню, как однажды некий человек задал вопрос (не мне, но я тогда
присутствовал): "Что предлагает буддизм, что делает буддизм
для голодающих детей в юго-западной Азии?" Возможно, тогда
это было в новостях, обсуждался голод, отсутствие еды, что-то в
этом роде. И он спросил: "Что ты, как монах, и что буддизм
в целом делаете для решения этой проблемы?" Ему начали что-то
отвечать, но я в тот момент подумал: "Погодите. Это же совершенно
ошибочный вопрос. Это как если бы вы подошли к какому-нибудь водителю
автобуса и спросили, что он делает для того, чтобы решить эту проблему
с голодом". Ведь даже мысль такая в голову не придёт – подойти
к водителю и задать такой вопрос. Но каким-то образом твоя монашеская
жизнь должна иметь к этому отношение. Почему вы не спрашиваете об
этом представителя какой-то иной профессии? Это не ваша проблема,
но буддизм каким-то образом должен иметь к этому отношение, должен
предложить какую-то перспективу на данный вопрос.
Но
суть в том, как это ни смешно, что буддизм предлагает куда больше.
Если бы эти люди следовали буддийским принципам, у них бы не было
никаких детей. Они бы не вступали в половую связь. Они бы практиковали
сдержанность органов чувств. И тогда не было бы и голодающих детей.
Но поскольку люди пускаются в чувственные удовольствия, как мужчины,
так и женщины, при этом не осознавая, что у них самих недостаточно
средств к жизни, но при этом производя потомство направо и налево,
то теперь возникает проблема – еды нет, дети умирают! Ужас. Но
ведь можно было это предотвратить, если бы они соблюдали буддийские
принципы, если бы делали то, чему учат монахи: соблюдайте правила
и предписания, если у вас дети, делайте это мудро, с целью, с
осознанностью, с перспективой. А не так что: "А, ладно, как-нибудь
разберёмся". Так что буддизм делает очень даже много. Только
нужно ему следовать.
К
чему это ожидание, что учение Будды, буддийская практика должна
потакать мирским делам? Она для этого не предназначена. Может,
дело в том, что монах не обязан помогать голодающим детям? Он
обязан освободиться от сансары, в идеале, иметь понимание, чтобы
быть способным профессионально научить этому других, тех, кто
хочет выбрать путь оставления мира и освобождения от сансары.
Вот и всё. У буддизма очень узкое применение. Вкус соли. У океана
только один вкус – вкус соли. Будда говорил, что у его учения,
как и у океана, есть только один вкус – вкус освобождения от страданий.
Как моё освобождение от страданий, моя практика, помогает моей
научной степени по архитектуре? Это совершенно иррациональный
вопрос. Да, такие вопросы часто задают в буддийских кругах, потому
что происходит искажение ценностей и размытие границ, так что
люди думают, что ты как монах обязан помогать тут и помогать там.
Но
у человека единственная обязанность в том, что он ответственен
за сделанный им выбор и за его желания. Никакими внешними факторами
этот выбор оправдать нельзя. Я не говорю, что помогать другим
– плохо. Я имею в виду, что это направление требует озабоченности,
страсти, вовлечения и привязанности.
Если
рассматривать всю картину в целом – мир людей, мир животных, –
то можно увидеть бесконечное повторение одного и того же: сотню
лет назад, пять сотен лет назад… те же проблемы, та же суета,
те же желания, те же сражения, те же вовлечённости, та же несправедливость,
та же справедливость, те же решения, те же провалы. И как говорил
Будда: "Этого достаточно, монахи, чтобы разочароваться, чтобы
стать бесстрастными. Этого более чем достаточно, чтобы вдохновить
вас на обретение полного бесстрастия ко всему этому. Вы просто
не хотите взглянуть на всё это".
Так
что практика, по сути, лишь в том, что нужно держать это перед
глазами, чтобы это было вам очевидно, пока естественным образом
не наступит бесстрастие. Причина того, что люди не являются бесстрастными,
заключается в том, что они не держат это перед глазами достаточно
длительное время, не хотят погружаться в это, ведь это неприятно.
Любые ваши надежды и желания привязаны к этому миру, и тут вы
начинаете понимать, что всё это ничего не стоит. Но вы к этому
придёте и поймёте, что вне зависимости от того, расстраивает вас
это или нет, по факту это является истиной, которую вы можете
видеть прямо сейчас, даже в рамках вашего ограниченного опыта
этой жизни. И вы уже многократно видели это. А теперь умножьте
это в тысячу раз.
Так
что даже если вы делаете доброе дело, можете ли вы гарантировать,
что всё опять не изменится или не станет хуже? Нет. И вы знаете,
что изменится. Так или иначе, что бы вы ни решили делать, вы делаете
это только для того, чтобы исполнить своё желание сделать это.
Вот и всё. У вас может быть убеждение, что вы должны "служить",
хотите вы этого или нет. Но это ваша степень вовлечённости, которая
зависит от вашего желания. Хорошего желания. Плохого желания.
Всё равно вы подвержены давлению, вы вовлекаетесь, и когда вопрос
разрешается, вы не можете больше быть вовлечённым в это, даже
если хотите. Вы двигаетесь дальше. Ваш ум двигается дальше.
Некоторые
люди более сострадательны, чем другие; некоторые больше вовлекаются
во все эти дела, чем другие, и никто не говорит, что это плохо,
но у этого есть "срок годности", предел. Всё это очень
ограничено. Вот почему начало практики осознанности начинается
с преодоления "всего": всех забот, всех выборов, всего,
что касается мира.
|